Конструктор Т-34 М.И. Кошкин

Танк Т-34 разработан под руководством Главного конструктора по танкам Харьковского паровозостроительного завода Михаила Ильича Кошкина.

 Koshkin_MI

Михаил Ильич Кошкин родился  21 ноября (3 декабря по новому стилю) 1898 года в селе Брынчаги Ярославской губернии в многодетной крестьянской семье. Его отец в 1905 году получил смертельную травму, работая на лесозаготовках. Достигнув 14 лет, Михаил отправился в Москву на заработки, где устроился подмастерьем на кондитерскую фабрику. В карамельном цехе он осваивал ремесло кондитера, которое еще пригодится ему во взрослой жизни.

 

По достижении призывного возраста, Михаил был взят на службу в царскую армию. Его судьбу круто изменила Великая Октябрьская социалистическая революция. Кошкин вступил в Красную армию, участвовал в боях с белогвардейцами под Царицыным и Архангельским, получил неопасное ранение. В 1921 году прямо из армии Михаил был направлен на учебу в Москву в Коммунистический университет имени Я.М. Свердлова, готовивший руководящие кадры для молодой Советской республики. Из Москвы Михаил Кошкин был распределен в Вятку, где ему пришлось вспомнить свою профессию кондитера – некоторое время Кошкин работал директором Вятской кондитерской фабрики. Но выпускать сладости и лакомства Кошкину пришлось недолго. Он был назначен на партийную работу в Вятский губком. Это позволило Михаилу Ильичу приобрести опыт руководителя и организатора.

335px-1930е_Кошкин_Мих.Вятка  723px-1930е_Кошкин_Мих.в_Крыму

В 1929 году в числе «парттысячников» Кошкин уехал на учебу в Ленинградский политехнический институт. Его специальностью становятся автомобили и тракторы. Интересно, что Михаил Ильич проходил практику на недавно построенном Горьковском автозаводе под руководством А.А. Липгарта. Собственно, автомобили, тракторы и танки объединяет то, что все они, несмотря на свою внешнюю непохожесть, являются безрельсовыми транспортными средствами с двигателем внутреннего сгорания, состоят из узлов и агрегатов, работающих по схожим принципам, а производство автомобилей, тракторов и танков относится к отраслям транспортного машиностроения.  

 

Начинающего инженера заметил лидер Ленинградской партийной организации (по тем временам – глава администрации города) Сергей Миронович Киров. Вскоре Кошкина приглашают на работу на Ленинградский завод опытного машиностроения – Путиловский, а впоследствии Кировский завод. В то время ленинградцы трудились над созданием бронетанковой мощи молодого советского государства. В эту работу с головой уходит и молодой специалист Кошкин. Стояла задача в кратчайшие сроки создать танкостроение – важную оборонную отрасль,. Этого требовало грозное время. В Германии пришли к власти нацисты, на Дальнем Востоке угрожал японский милитаризм. Активными сторонниками создания мощных танковых частей в Красной Армии являлись видные военачальники И.Якир, И.Уборевич, И.Халепский, и руководители тяжёлой промышленности Г.Орджоникидзе, К.Нейман, И.Бардин, И.Тевосян. Михаил Кошкин, участвовавший в первой мировой и гражданской войнах, тоже прекрасно понимал, как необходим Советскому Союзу мощный броневой щит. В Ленинграде пиком карьеры Кошкина стала должность заместителя главного конструктора Кировского завода, занимая которую Михаил Ильич получил орден Красной звезды.

 

В декабре 1936 года М.И. Кошкин получил новое назначение. Приказом Наркома тяжелого машиностроения Г. К. Орджоникидзе (товарища Серго Орджоникидзе) на Харьковском паровозостроительном заводе имени Коминтерна создается конструкторское бюро № 183, и Главным конструктором назначается Михаил Ильич Кошкин. С одной стороны, это было почетное назначение – Харьковский паровозный завод выпускал самые массовые танки Красной армии БТ-5, БТ-7, а, значит, был крупнейшим производителем советской бронетехники. С другой стороны – семье Кошкиных пришлось переехать в более маленький город, но это было не самое худшее. В 1937 году начались массовые репрессии против руководящих и инженерно-технических работников. Органы НКВД арестовали коллег Кошкина, конструкторов А.О.Фирсова, Н.Ф. Цыганова, А.Я. Дика. Должность Главного конструктора стала смертельно опасной – за любую ошибку и неудачу ему грозили тюрьма и расстрел.

 

В таких условиях проявились лучшие качества Михаила Ильича. Поначалу мало знакомый коллективу завода новый Главный, быстро и безо всяких трений нашел контакт с коллегами и подчиненными. Он чутко воспринимал обстановку того времени, привлёк к работе многих конструкторов, производственников и военных, разделяя их наболевшие проблемы, трудности и переживания. Он был принципиален, трудолюбив и честен. Благодаря этим качествам он очень быстро приобрел авторитет на заводе. По воспоминаниям ветерана танкостроения А. Забайкина, «Михаил Ильич был прост в обращении и деловит. Не любил многословия. Как конструктор быстро входил в суть конструкции, прикидывая её надёжность, технологичность, возможности массового изготовления. Внимательно выслушивал нас, технологов, и, если наши замечания были обоснованными, немедленно их использовал. Его любил коллектив».

 Int-13

Несмотря на огромный риск стать «врагом народа», Кошкин не боялся отстаивать свою точку зрения перед руководителями любого уровня и продвигать смелые новаторские идеи. Именно в 1937 году по результатам участия советских танкистов в составе интернациональных бригад в войне в Испании, Автобронетанковое управление РККА вырабатывает техническое задание на разработку танка нового поколения, который должен придти на смену легкому скоростному БТ-7. Задачу предстояло решать конструкторскому бюро №183 и лично Михаил Ильичу.

 

В тот период развернулась дискуссия о типе ходовой части танка. Многие военные и инженеры выступали за сохранение колесно-гусеничных движителей, как у БТ. Кошкин был среди тех, кто понимал, что будущее принадлежит гусеничному движителю. Он радикально улучшает проходимость танка, а, главное, обладает значительно большей грузоподъемностью. Последнее обстоятельство позволяет при одинаковых габаритах и мощности двигателя резко увеличить мощность вооружения танка и толщину брони, что существенно повысит защищенность машины от средств поражения противника.

 

В рамках одного технического задания КБ Кошкина спроектировало два танка – А-20 (иногда его зовут БТ-20) на колесно-гусеничном ходу и А-32 на гусеничном. Сравнительные испытания этих машин в первой половине 1939 года не выявили радикальных преимуществ ни у одной из них. Вопрос о типе ходовой части оставался открытым. Именно М.И. Кошкину пришлось убеждать руководство армии и страны, что танк на гусеничном ходу обладает дополнительными резервами для увеличения толщины брони, повышения боевой массы не в ущерб скорости и маневренности. В то же время у колесно-гусеничного танка такого запаса нет, а на снегу или пашне он без гусениц сразу же застрянет. А ведь у Кошкина хватало серьезных и влиятельных оппонентов из числа сторонников комбинированной ходовой части.

 

Чтобы окончательно доказать правоту Кошкина, зимой 1939-1940 годов на заводе построили два опытных танка А-34, у которых гусеничный ход с пятью опорными катками позволил увеличить по сравнению с А-20 и А-32 боевую массу примерно на 10 тонн, и поднять толщину брони с 20 до 40-45 мм. Это были первые прототипы будущего Т-34.

 

Еще одной заслугой М.И. Кошкина стал безошибочный выбор типа двигателя. Харьковские конструкторы К.Ф. Челпан, И.Я. Трашутин, Я.Е. Викман, И.С. Бер и их товарищи спроектировали новый дизельный двигатель В-2 мощностью 400-500 л.с. Первые образцы нового мотора установили на танки БТ-7 взамен бензинового авиационного М-17. Но узлы трансмиссии БТ, рассчитанные на меньшие нагрузки, не выдерживали и выходили из строя. Ресурс первых В-2, которые завод еще не научился изготавливать, тоже оставлял желать лучшего. Кстати, поломки БТ-7 с В-2 стали одной из причин отстранения от должности и уголовного преследования А.О. Фирсова. Отстаивая необходимость использования именно дизеля В-2, М.И. Кошкин тоже шел на риск.

 

На 17 марта 1940 года был назначен показ в Кремле высшим руководителям страны новых образцов танковой техники. Изготовление двух прототипов Т-34 только-только завершилось, танки уже ездили своим ходом, у них работали все механизмы. Но спидометры машин только-только отсчитывали первые сотни километров пробега. По действовавшим тогда нормативам пробег допущенных к показу и испытаниям танков должен был составлять более двух тысяч километров. Чтобы успеть произвести обкатку и намотать необходимый пробег, Михаил Ильич Кошкин принял решение перегнать опытные машины из Харькова в Москву своим ходом. Это было рискованное решение: сами танки являлись секретным изделием, которое никак нельзя было показывать населению. Один факт выезда на дороги общего пользования, правоохранительные органы могли расценить, как разглашение государственной тайны. На тысячекилометровом пути не обкатанная, толком незнакомая механикам-водителям и ремонтникам техника могла встать из-за любых поломок, попасть в аварию. К тому же начало марта – это еще зима. Но в то же время пробег предоставлял уникальный шанс опробовать новые машины в экстремальных условиях, проверить правильность выбранных технических решений, выявить достоинства и недостатки узлов и агрегатов танка.  

 

Кошкин лично взял на себя огромную ответственность за этот пробег. В ночь с 5на 6 марта 1940 года из Харькова вышла колонна – два закамуфлированных танка в сопровождении тягачей «Ворошиловец», один из которых был загружен горючим, инструментами и запчастями, а на втором стоял пассажирский кузов наподобие «кунга» для отдыха участников. Часть пути Кошкин сам вел новые танки, садясь за их рычаги попеременно с заводскими механиками-водителями. Маршрут для секретности пролегал вне дорог по заснеженным лесам, полям и пересеченной местности Харьковской, Белгородской, Тульской и Московской областей. На бездорожье, зимой агрегаты работали на пределе, пришлось устранять немало мелких поломок, производить необходимые регулировки.

 

Но до Москвы будущие Т-34 все же дошли 12 марта, а 17 числа их перегнали с танкоремонтного завода в Кремль. За время пробега М.И. Кошкин простудился. На показе он сильно кашлял, на что обратили внимание даже члены правительства. Однако сам показ стал триумфом новинки. Два танка, ведомые испытателями Н.Носиком и В.Дюкановым, разъехались по Ивановской площади Кремля – один к Троицким, другой к Боровицким воротам. Не доезжая ворот, они эффектно развернулись и понеслись навстречу друг другу, высекая искры из брусчатки, остановились, развернулись, сделали несколько кругов на высокой скорости, затормозили на прежнем месте. И.В. Сталину понравилась изящная быстрая машина. Его слова разные источники передают по-разному. Одни очевидцы утверждают, что Иосиф Виссарионович сказал: «Это будет ласточка в танковых войсках», по словам других, фраза звучала иначе: «Это первая ласточка танковых войск».

 

После показа оба танка подвергли испытаниям на полигоне в Кубинке, контрольному обстрелу из орудий разного калибра, который показал высокий уровень защищенности новинки. В апреле предстоял обратный путь в Харьков. М.И. Кошкин предложил снова ехать не на железнодорожных платформах, а своим ходом по весенней распутице. По пути один танк провалился в болото. Едва оправившийся от первой простуды конструктор сильно промок и замерз. На этот раз болезнь обернулась осложнениями. В Харькове Михаил Ильич надолго попал в больницу, его состояние ухудшалось, вскоре он стал инвалидом – врачи удалили ему одно легкое. 26 сентября 1940 года в санатории «Липки» под Харьковом Михаил Ильич Кошкин умер. Ему не исполнилось и 42 лет. За его гробом шел весть коллектив завода, без него остались жена Вера и трое детей. Работы над освоением танка Т-34 продолжал товарищ Кошкина новый Главный конструктор А.А. Морозов.

 

В 1942 году М.И. Кошкин, А.А. Морозов и Н.А. Кучеренко за создание Т-34 стали лауреатами Сталинской премии, для Михаила Ильича она оказалась посмертной. Он не увидел триумфа своего детища.

Koshkin,_1898-1940

Через несколько десятилетий, в конце 70-х годов в СССР был снят художественный фильм «Главный конструктор» о М.И. Кошкине, его борьбе за новый танк и о том самом тысячекилометровом пробеге. Роль Михаила Ильича исполнил способный и харизматичный актер Борис Невзоров. Несмотря на некоторые «недоговорки», вызванные идеологическими ограничениями тех лет, фильм и сегодня смотрится захватывающе, привлекает внимание зрителя достоверностью актерской игры. В  реалистичность происходящего на экране веришь даже, несмотря на не совсем удачный подбор игровых машин – роль прототипов Т-34 играют поздние Т-34-85, «техничкой» сопровождения выступает послевоенный тягач АТ-Л, а служебный ГАЗ-М1 Кошкина сильно «околхожен». Все эти ошибки можно простить авторам картины только за то, что им удалось грамотно выстроить сюжетное повествование, а, главное, передать живой образ Михаила Ильича Кошкина – талантливого конструктора, умелого руководителя, за которым идут люди, сильного, волевого, уверенного в себе и своей правоте, честного порядочного человека.